+7 (812) 337 15 49
+7 (921) 963 70 56
Санкт-Петербург
Манчестерская, 2
У нас новый адрес Карта

Привычка путешествовать. Жан-Клод Соэр

Привычка путешествовать. Жан-Клод Соэр
(0)
Он прилетел из Парижа в Москву на открытие своей персональной выставки «Жан- Клод Соэр, 40 лет фотографии в журнале Paris-Match». Глядя на этого почтенного человека с благородной сединой в волосах, трудно представить, что главным делом его жизни были суровые военные фоторепортажи. В своём строгом костюме, галстуке и изящных очках он походил скорее на профессора университета, нежели на военного корреспондента, прошедшего огонь и воду горячих точек планеты, настолько не совпадал его благообразный вид с прожитыми трудными буднями.
Шарлотта Ремплинг в платье от Ив Сен-Лорана.
Шарлотта Ремплинг в платье от Ив Сен-Лорана.

Жан-Клоду Соэру исполнилось всего лишь 22 года, когда его пригласили на работу в Paris- Match. Это произошло несколько недель спустя после того, как он вернулся со службы в армии из Алжира. За свою профессиональную фотографическую жизнь он побывал в Биафре, Вьетнаме, Йемене, Кашмире, Курдистане, Ливане, Палестине, Югославии, Центральной Америке и снова в Алжире, освещая события в зонах крупных международных конфликтов. Его командировки длились порой месяцы и даже годы, а домой в Париж фотограф возвращался лишь на считанные дни. Но и короткие периоды отдыха были насыщенными.
Отчаяние детей после бомбардировки. Вьетнам.
Отчаяние детей после бомбардировки. Вьетнам.

В годы работы в Paris-Match Жан-Клод Соэр ездил на личном «Ягуаре» и считался завсегдатаем парижских кабаре. Охотился за куропатками с королём Испании и путешествовал вместе с президентом Франции. Делал портреты кинозвёзд, топ-моделей, прославленных кутюрье и других знаменитостей. Слыл приближённым сильных мира сего. Пропуском в их элитарный круг для Соэра стала фотография - ведь он был хорошим репортёром уже в молодые годы.

Жан-Клод Соэр запечатлел своих выдающихся соотечественников, которые для остального мира олицетворяют Францию. Сфотографировал если не всех, то многих людей планеты, которые уже вошли в историю. Их имена говорят сами за себя: Шарль де Голль, Ясир Арафат, Рональд Рейган, Франсуа Миттеран, Эрнест Хемингуэй, Жан Кокто, Франсуаза Саган, Майя Плисецкая, Мария Каллас, Пабло Пикассо, Микеланджело Антониони, Софи Лорен, Симона Синьоре, Ив Монтан, Роми Шнайдер, Жан-Поль Бельмондо, Мик Джаггер, Пьер Карден, Кристан Лакруа, Жан-Поль Готье и другие. Нельзя сказать «многие другие», потому что выдающихся людей слишком много не бывает.
Парижские волнения. Май, 1968.
Парижские волнения. Май, 1968.

Однако в мирные периоды студийных съёмок фотографу явно не доставало острых ощущений, и тогда он отправлялся смотреть и снимать корриду, которой посвятил более десяти лет жизни, запечатлев кровавые поединки человека с быком и знаменитых тореро в Севилье, Арле и Ниме.
Если годы работы в Paris-Match были для Соэра временем разбрасывать камни, то теперь настало время их собирать. Сейчас он путешествует по разным городам мира и показывает там свои выставки.

Перед началом интервью Жан-Клод Соэр признался, что профессиональный разговор на страницах специального фотографического издания для него очень важен.
Моника Витти и Микеланджело Антониони. Париж, 1961.
Моника Витти и Микеланджело Антониони. Париж, 1961.

- Вы впервые в Москве?

- Я приезжал сюда каждый год сорок лет подряд, пока работал в Paris-Match, и не был здесь лишь последние семь лет: командировки прекратились, потому что я больше не работаю в журнале. Москва всегда мне очень нравилась, и теперь, когда здесь настоящая русская зима, крепкий мороз и на улицах много снега.

  - Вы сами сформировали представленную здесь экспозицию?

- Я показал свои фотографии куратору этой выставки Констанс де Маллерэ, она выбрала то, что ей понравилось, и я очень доволен экспозицией.

  - Когда Вы осознали, что фотография - это дело, которому Вы хотели бы посвятить жизнь?

  - Я немного фотографировал во время службы в армии, а когда возвратился со службы домой, понял, что хочу стать фотографом.

  - Кого Вы назвали бы своими учителями? Кто из фотомастеров повлиял на Ваше становление как фотографа?
Кабаре Crazy Horse. Декабрь, 1975. «Я жил неподалёку от кабаре Crazy Horse. Обустроил свою холостяцкую квартиру на улице Бокадор, в ста метрах от этого храма наготы, где часто проводил вечера, и в ста пятидесяти метрах от редакции Paris-Match, - так что при необходимости меня несложно было найти и отослать на другой край света» (Жан-Клод Соэр).
Кабаре Crazy Horse. Декабрь, 1975. «Я жил неподалёку от кабаре Crazy Horse. Обустроил свою холостяцкую квартиру на улице Бокадор, в ста метрах от этого храма наготы, где часто проводил вечера, и в ста пятидесяти метрах от редакции Paris-Match, - так что при необходимости меня несложно было найти и отослать на другой край света» (Жан-Клод Соэр).

  - В области репортажа - Робер Капа, Дэвид Сеймур и Анри Картье-Брессон, а если говорить о женских портретах - Хельмут Ньютон.

  - Вы снимали всемирно известных людей и были с ними знакомы. Кого из них Вы могли бы назвать особенно интересными личностями? С кем Вы продолжаете общаться и дружить?

  - Моими друзьями были тореро Антонио Ордонез и Луис-Мигель Домингин. Я был дружен с Хемингуэем. Часто видел президента Жоржа Помпиду, поскольку освещал его путешествия. Остаюсь в дружеских отношениях с Катрин Денёв, Фанни Ардан и Бриджит Бардо. Все они, безусловно, очень интересные люди и яркие личности.

  - Будучи репортёром, Вы оказывались во многих горячих точках планеты. Вам было страшно на войне? Не хотелось ли оставить всё это и спокойно снимать в студии в условиях мирной жизни?

  - Кому же не страшно в ситуации войны или революции? Война во Вьетнаме, конфликты в Африке или Европе могли заставить побледнеть от страха. Но адреналин, получаемый в экстремальных ситуациях, во время студийной съёмки испытать невозможно. Кстати, если посмотреть по датам, то все периоды моей студийной работы были временными, они лишь служили предохранительными клапанами, защищавшими меня после съёмок войн и конфликтов.

  - Интересно, что испытывает человек с фотоаппаратом в руках, когда над головой свистят пули, рядом рвутся снаряды и он видит принесённые войной страдания детей и мирных жителей?

  - Когда над головой свистят пули, ты понимаешь, что фотоаппарат, который держишь перед собой, — единственное, что тебя защищает, и ты прячешься за ним. Конечно, страдания детей задевали больше всего, поскольку оказывались самими несправедливыми. Однажды в Биаф- ре я нашёл на тропе маленького брошенного ребёнка. Ему было не больше четырёх-пяти месяцев. В течение четырёх дней я носил его в походной сумке и кормил своими пайками, пока не доверил малыша одному католическому священнику, державшему диспансер в джунглях.

- Чем Вас так привлекала коррида, ведь Вы снимали её десять лет?

- Я всегда любил корриду, потому что противостояние между человеком и животным, если оно происходит по строго установленным правилам, может быть очень красивым. Мне посчастливилось видеть корриду в те времена, когда сражались тореро величайшего класса и делали это с великолепной элегантностью. Коррида - настолько красивое искусство, что Хемингуэй посвятил ему две книги!

  - 8 чём, по-Вашему, заключается профессионализм фоторепортёра? Каким должен быть первоклассный репортёрский кадр?
Тореро Луис-Мигель Домингин. Лето 1959.
Тореро Луис-Мигель Домингин. Лето 1959.

- В моё время профессионализм фоторепортёра заключался не только в том, чтобы сделать хороший кадр, но ещё и в том, чтобы доставить снимок в редакцию как можно скорее — до закрытия номера. Если бы вы знали, сколько хороших фотографий не были опубликованы только потому, что оказывались в редакции позже, когда изображённые события были уже неактуальны! Кроме того, понятие «первоклассный репортёрский кадр» весьма относительно: оно зависит от того типа издания, для которого вы работаете. Не стоит забывать, что я провёл сорок лет с моим Match! Очень важно понимать, для кого вы снимаете. И потом, чтобы сделать удачный кадр, вам должно повезти.

- Какую фотоаппаратуру Вы предпочитаете использовать? Применяете ли цифровую технику?

- Для фоторепортажа я всегда использовал простые камеры - Leica МР для коротких фокусных расстояний и зеркалку Canon для длинных, а для студийной съёмки - Hasselblad. Снимал на цветную плёнку Kodak TriX-Pan и Fujifilm. Цифровые камеры никогда не использовал в работе, только делал моментальные снимки во время путешествия по Америке.

- Скажите, Вам не наскучила фотография за долгие годы работы? Что наполняет Вашу жизнь сегодня?
Тореро Антонио Ордонез. Июль, 1961.
Тореро Антонио Ордонез. Июль, 1961.

- Мне никогда не было скучно, наверное, потому что я никогда не считал, что работаю. Фотожурналистика - это чудесная жизнь, полная разнообразия, путешествий и встреч. Сегодня уже семь лет, как я ушёл из Match и больше вообще не «работаю». Моя личная жизнь была негладкой, несколько раз был женат и у меня есть 25-летний сын от женщины, на которой я женат не был, - в этом смысле я не заслуживаю хороших рекомендаций. Возможно, потому что моей единственной «любовницей» всегда была работа в Paris-Match, она оставалась на первом месте. Но мне везло встречать женщин, которые давали верное направление моей жизни, и сегодня после моего семидесятилетия у меня есть очаровательная спутница, которой теперь я могу посвящать больше времени, чем прежде. Люблю охоту и продолжаю много путешествовать по миру, только теперь чтобы охотиться. Мне сложно оставаться на одном месте больше двух недель. Привычка...

 - Кем бы Вы стали по профессии, если не фотографом?

- Понятия не имею, что я мог бы делать! Наверное, если бы не стал фотографом, остался бы служить в армии...

Есть люди, которые, однажды побывав на войне, - с оружием или с фотоаппаратом в руках, - уже не могут возвратиться к мирной жизни. Познавшие запах крови и ощутившие собственной кожей тонкую грань между жизнью и смертью, они считают мирную повседневность скучной, пресной, искусственной и постоянно стремятся туда, где всё настоящее - страх, боль, потери и переживания. Жан-Клод Соэр из тех, кто не растерялся ни в военных, ни в мирных буднях. Ему хватило сил, чтобы выжить там и не заскучать здесь. Возможно, потому что он безоговорочно принимает жизнь в разных её проявлениях. Только очень жизнелюбивый и оптимистично мыслящий человек может называть военные командировки путешествиями! И теперь, когда молодость и полная впечатлений репортёрская работа остались в прошлом, Жан-Клод Соэр сохраняет такой интерес к жизни, что можно позавидовать.

Фотографии из альбома «Жан-Клод Соэр, 40 лет фотографии в журнале Paris-Match». Издательство «Ля Мартиньер»!«LA Martiniere», 2003.


Переводила беседу Евгения КУДЕЛИНА.

В настройках компонента не выбран ни один тип комментариев